Новый глава IBU и российский вопрос: поможет ли Тим Фарчник вернуть нашу сборную в мировой биатлон?
В ближайшие годы мировой биатлон ждет заметная перезагрузка власти. Международный союз биатлонистов (IBU) готовится к смене руководства: с 17 по 20 сентября 2026 года в немецком Берхтесгадене пройдет конгресс, на котором будет избран новый президент организации. Действующий глава IBU, швед Олле Далин, возглавляющий союз с 2018 года, свой срок завершит и оставит пост.
Интрига выборов минимальна: реальной конкуренции за кресло президента не возникло. На данный момент на этот пост выдвинут только один кандидат - словенец Тим Фарчник. Фактически делегатам конгресса предстоит не выбирать из нескольких претендентов, а утвердить единственную кандидатуру, уже глубоко встроенную в систему управления мировым биатлоном.
Сейчас Фарчник входит в исполком IBU - в этот орган он был избран в 2022 году. Но его биография в спорте и организационной деятельности значительно шире. Одной из важнейших строчек в резюме словенца стала должность генерального секретаря оргкомитета чемпионата мира по биатлону 2021 года в Поклюке. Для него это был не первый крупный турнир, а логичное продолжение многолетней работы в сфере спортивного менеджмента и маркетинга.
Помимо ЧМ по биатлону, Фарчник участвовал в организации чемпионата Европы 2023 года и чемпионата мира 2011 года по академической гребле, помогал проводить этапы Кубка мира по биатлону, занимался подготовкой Европейского юношеского олимпийского фестиваля, а также отдельных этапов престижной многодневки "Джиро д'Италия". Такой спектр проектов делает его типичным представителем нового поколения спортивных функционеров - не чиновником старой школы, а менеджером, который мыслит категориями брендов, аудитории и доходности.
До того как заявить о желании возглавить IBU, Фарчник работал внутри национальной системы: с 2015 года он был частью команды сборной Словении. Однако правила требуют независимости от национальных структур, поэтому ради участия в президентской гонке ему пришлось уйти с этой должности. Это подчеркивает, что его аппетиты давно вышли за рамки одной федерации - речь идет о человеке, нацелившемся на глобальное управление видом спорта.
Отдельное направление его карьеры - бизнес. Фарчник основал и возглавляет SI EVENTS Ltd, ивент-агентство, которое разрабатывает маркетинговые и коммуникационные концепции для клиентов в Центральной и Юго-Восточной Европе. Такой опыт особенно ценен для международной федерации: IBU уже много лет стремится расширить пул спонсоров, нарастить финансовые потоки, повысить стоимость телевизионных прав и общего медийного продукта биатлона. Приход специалиста с коммерческим мышлением логично воспринимать как попытку сделать вид не только более зрелищным, но и более доходным.
Российскому болельщику фигура Фарчника интересна не только с точки зрения будущего трансляций и спонсорства. Куда важнее другое: при новом президенте теоретически может измениться позиция IBU по вопросу допуска российских спортсменов. С 2022 года сборная России отстранена от участия в международных стартах под эгидой союза, и пока решения, позволяющего команде вернуться, принято не было.
С российской стороны есть важная деталь: новый кандидат в президенты - не чужой человек для Союза биатлонистов России. Глава СБР Виктор Майгуров вспоминал, что знаком с Фарчником достаточно давно. Оба участвовали в выборах в исполком IBU в 2018 году - и тогда им буквально по одному голосу не хватило для избрания. Это уже создает личный мостик между будущим руководителем IBU и российским функционером.
Майгуров характеризует Фарчника как человека более молодого поколения, примерно на десятилетие младше себя, но при этом зрелого управленца: эффективного менеджера, открытого новым проектам и идеям. По словам главы СБР, он не сомневается, что после выборов у них состоится встреча - независимо от статуса каждой из сторон. И главное: Майгуров не ожидает, что словенец станет игнорировать контакт с Россией или занимать демонстративно закрытую позицию.
Насколько личные связи могут повлиять на судьбу российской сборной? Формально решение о допуске или отстранении национальных команд принимает не один человек, а конгресс и исполнительные органы IBU. Даже президент не обладает полномочиями единолично "вернуть" Россию в Кубок мира. Но фигура главы организации задает общий тон: выстраивает повестку, задает рамки дискуссии, влияет на формулировки резолюций и приоритеты развития. Если лидер настроен на диалог, это создает больше возможностей хотя бы для обсуждения сценариев постепенного возврата.
При этом не стоит ждать, что смена фамилии в кресле президента мгновенно решит проблему. Вокруг участия российских спортсменов в международных стартах сложился комплекс решений и рекомендаций, завязанных не только на IBU, но и на международный олимпийский и политический контекст. Любое изменение статуса потребует согласованности с другими спортивными структурами и учета позиций ведущих биатлонных стран - Германии, Норвегии, Швеции, Франции и других.
Важно и то, что новый глава, судя по его биографии, ориентирован прежде всего на развитие продукта и рынка. Для него интересы глобального имиджа биатлона, реакции международной аудитории и спонсоров могут стать ключевыми факторами. В этом смысле возвращение российской сборной будет рассматриваться не только через призму политики и этики, но и с точки зрения репутационных рисков, рейтингов, рынка телеправ и возможных бойкотов со стороны других участников.
В то же время нельзя отрицать, что отсутствие одной из самых сильных биатлонных держав ослабляет общий уровень конкуренции и интереса к стартам. Российская команда исторически приносила высокие телевизионные рейтинги, особенно на восточноевропейском пространстве, формировала крупный сегмент фанатов и медиапокрытия. С точки зрения коммерческого менеджера, игнорировать такой ресурс в долгосрочной перспективе сложно, особенно в условиях конкуренции с другими зимними видами спорта за внимание зрителя.
Возможный сценарий, который обсуждают эксперты, - постепенное смягчение условий: сначала индивидуальный допуск под нейтральным статусом при выполнении ряда требований, затем - оценка последствий, реакций и только после этого - возможный переход к более широкому участию. Для реализации даже такой осторожной модели необходим президент, готовый брать на себя ответственность за сложные переговоры и баланс интересов. Фарчник, как человек, привыкший сводить воедино позиции спонсоров, организаторов и федераций, теоретически обладает нужными навыками.
Отдельный вопрос - отношение самого словенца к российскому биатлону. Публично он пока избегает резких формулировок и прямых обещаний. Это объяснимо: до выборов любой кандидат старается не создавать себе лишних противников. Однако его репутация как открытого к диалогу менеджера и существующее личное знакомство с Майгуровым оставляют пространство для осторожного оптимизма. Как минимум можно рассчитывать на то, что российскую тему он не будет замалчивать или блокировать на уровне принципа.
Справедливо и другое: "хуже, чем сейчас", с точки зрения статуса России в мировом биатлоне, действительно почти некуда. Команда фактически выведена из глобальной системы соревнований, спортсмены лишены главных стартов, болельщики наблюдают международный сезон в роли сторонних зрителей. Поэтому любая смена руководства в IBU воспринимается как возможное окно возможностей - шанс хотя бы начать разговор о будущем, вариантов которого сейчас не существует в практической плоскости.
Многое будет зависеть от того, какие акценты Фарчник расставит в своей первой программе и публичных выступлениях после избрания. Если в числе приоритетов прозвучат темы единства биатлонного сообщества, поиска компромиссных решений и поэтапного урегулирования конфликтных ситуаций, это станет сигналом для федераций и спортсменов. Если же новый президент сделает ставку исключительно на маркетинг и экспансию в новые рынки, российский вопрос может быть сознательно отложен "на потом".
Реально судить о его курсе можно будет только осенью, после конгресса и первых решений обновленного руководства. До этого момента любые прогнозы останутся лишь предположениями. Однако одно можно констатировать уже сейчас: приход к власти человека, который знаком с российскими функционерами, не демонстрирует враждебности и обладает опытом сложных переговоров, объективно увеличивает шансы хотя бы на старт предметного диалога.
Будущее российского биатлона в мировом контексте по-прежнему зависит от множества внешних факторов. Но фигура Тима Фарчника и смена власти в IBU - это тот рубеж, после которого станет понятно, есть ли у России реальная перспектива вернуться в элиту в среднесрочной перспективе, или период изоляции затянется на неопределенный срок. Ответ на этот вопрос спортивный мир действительно узнает уже осенью.